Апологетика культуры

Информация » Православие и культура » Апологетика культуры

Страница 1

В своей молитве к Богу Отцу Господь Иисус Христос не говорил об удалении верующих в Него из мира культуры, но просил об избавлении от пагубных ее течений и направлений: «Не молю, чтобы Ты взял их из мира, но чтобы сохранил их от зла» (Ин. 17:15). Культура, как формирование мира образов, отражений, мира вторичного, свидетельствует о конфликте с миром первозданным, созданным Творцом. Но даже о сверхчеловечес­ком мире люди, как правило, вынуждены узнавать от людей, а потому религия самого небесного происхожде­ния нуждается в земных, культурных способах и механизмах своей передачи. Если для возвращения в горний мир человеку необходимо воспользоваться системой понятий, образов и редставлений, ему необходимо уметь жить в культуре, уметь пользоваться культу­рой и уметь создавать культуру.

Действительно, восприятие человеком мира через пространство культуры является следствием грехопадения, а человек находится в рабстве этого пространства. Но мир культуры исчезнет только в огне Второго Пришествия, когда мы увидим Истину лицом к лицу. Следовательно, неправомерно ставить вопрос о том, полезно или неполезно человеку в своей земной жизни соприкасаться с миром культуры, – необходимо решить, как человек должен соприкасаться с ним.

Лучше, если в среде людей творческих, поэтов, художников и писателей будет больше христиан. Дело в том, что культурой уже злоупотребили, ее уже испортили и продолжают портить независимо от того, участвуют христиане в этом или нет. Быть может, некоторые христиане даже обязаны заниматься культурой уже потому, что они хотя бы не будут ее размывать мертвящими водами современных культурных «инициатив», станут некоторым «противоядием». Христиане, созидая культуру, могут формировать определенные эстетические ценности общества, так как культурные воззрения людей духовных глубже, разнообразней и чище, чем взгляды обычных людей (что, конечно же, не всегда является собственной заслугой христиан).

Художник-христианин стремится решить посредством своего произведения некую задачу, которая всегда осознается им, а именно – стремится помочь себе и окружающим стать выше, чи­ще, приобщеннее Небу. Марина Цветаева, после тридцатилетнего страстного служения поэзии подвергшая себя беспощадной критике и осуждению в своей работе «Искусство при свете совести», писала, что «нет вещи, которой бы оно не учило, как нет вещи, ей прямо обратной, которой бы оно не не учило, как нет вещи, которой бы одной только и учило. Все уроки, которые мы извлекаем из искусства, мы в него влагаем. Искусство – ряд ответов, к которым нет вопросов. Все искусство – одна данность ответа». Очевидно, что плодотворнее будет извлекать из искусства уроки христианства – для этого надо и наполнить его христианской проблематикой.

На протяжении веков Церковь занимается выработкой механизмов ограждения человека от посягательств мира на его, хотя и относительную после грехопадения, внутреннюю целостность. Догматические правила, выработанные Православием, не ограничивают свободу мысли, но пресекают беспочвенные фантазирования, могущие увести человека за пределы, свойственные его естеству, то есть в дурную бесконечность, на языке Евангелия, «тьму внешнюю» (Мф. 8:12). Наполнение мира культуры христианскими ценностями уже само по себе позволит существенно сузить пределы блуждания человеческого ума в лабиринтах «страны далеча» (Лк. 15:13).

Культура не поднимет человека над природой, но позволяет человеку подвести свою душу к тому рубежу, за которым начинается область действия духа. Причем наполнение произведений искусства собственно религиозными мотивами для этого вовсе не обязательно: самый сокровенные, совершенные и значимые качества человека могут быть увидены только через христианскую традицию по­каяния и всматривания в сердечную глубину. Однажды Г. Федотов назвал «Капитанскую дочку» позднего Пушкина самым христианским произведением русской литературы, хотя религиозная составляющая в этой повести почти незаметна. Так что, христианская культура – не обя­зательно та, которая прямо говорит или рассуждает о Хри­сте.

Достаточно уже того, что для художника-христианина не человек есть мера всех вещей. И не собствен­ное «Я» есть то, чем он непременно должен поделиться с чита­телями, зрителями, слушателями. И наконец, он не станет заниматься тем, что давно стало нормой в мире искусства: выбрасывать собственную душевную грязь на окружа­ющих. Искусство конца XX века напрочь забыло старое правило, что грязное можно отмыть только в чистой воде, что грязной водой не отмоешь то, что уже выпачкано: «описаниями, демонстрацией порока никогда не излечишь того, кто уже пребывает порочным».

Итак, христиане, действуя в пространстве культуры, могут придавать искусству направление создания произведений, призванных «разбудить» человека, поставить перед ним вечные вопросы, даже подвести его к некоему порогу, за которым начинается духовная жизнь. В светском искусстве подлинная духовность невозможна, так как искусство духовное – это молитва, сама жизнь человека во Христе, но от светского искусства это и не требуется. Хорошо, если его цели и задачи будут находиться в границах возвышения человеческой души, как бы возделывания и приготовления ее для принятия семян духовных.

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Другие статьи:

Возрождение идеи призвания христианина
Поскольку монашеская идея о призвании влекла за собой оставление мира, реформаторы решительно отвергли ее. Человек призван, в первую очередь, быть христианином, а, во вторую, - проявить свою веру в конкретной сфере деятельности в миру. Эт ...

«Царь-Пушка»
«Царь-пушку», установленную в Кремле, ежедневно видят тысячи людей. И, наверное, все без исключения задают один и тот же вопрос: стреляло ли когда-нибудь это устрашающих размеров древнее орудие? Отлитая при царе Федоре Иоанновиче, сыне ...

О постсоветской архитектуре
Каждое время рождает свою архитектуру - конструктив самосознания, более или менее честный скелет эпохи. Наше с вами беспородное "сегодня" - не исключение. Не смотря на почти полное отсутствие в постсоветском пространстве денег н ...