Цена вдохновения и тайна имени

Информация » Православие и культура » Цена вдохновения и тайна имени

Во время работы над романом Мастер замечает в себе перемены, которые сам расценивает как симптомы психического заболевания. Но он ошибается. «Ум его в порядке, у него душа сходит с ума». Мастер начинает бояться темноты, ему кажется, что по ночам в окно влезает какой-то «спрут с очень длинными и холодными щупальцами» (413), страх овладевает «каждой клеточкой» его тела (417), роман становится ему «ненавистен» (563) и тогда, по словам Мастера, «случается последнее»: он «вынимает из ящика стола тяжелые списки романа и черновые тетради» и начинает «сжигать их» (414).

Вообще-то, в данном случае Булгаков несколько идеализировал ситуацию: художник действительно, почерпнув вдохновение от источника всякого зла и тления, начинает испытывать по отношению к своему творению ненависть и рано или поздно уничтожает его. Но это не «последнее», как считает Мастер . Дело в том, что художник начинает бояться самого творчества, бояться вдохновения, ожидая возвращения за ними страха и отчаяния: «ничто меня во­круг не интересует, меня сломали, мне скуч­но, я хочу в подвал» – говорит Воланду Мастер (563). А что такое художник без вдохновения? Рано или поздно он вслед за своим произведением уничтожает и себя. За что такое Мастеру?

В мировоззрении Мастера реальность сатаны очевидна и не подлежит никакому сомнению – недаром он сразу же узнает его в иностранце, беседовавшем на Патриарших прудах с Берлиозом и Иваном (402). Но для Бога в мировоззрении Мастера не находится места – с реальным, историческим Богочеловеком Иисусом Христом мастеровский Иешуа не имеет ничего общего. Здесь и раскрывается тайна самого этого имени – Мастер. Он не просто писатель, он именно творец, мастер нового мира, новой реальности, в которой себя он в порыве самоубийственной гордости ставит на роль Мастера и Творца.

Перед началом строительства эпохи «всеобщего счастья» в нашей стране эту эпоху отдельные люди сначала описали на бумаге, сначала появилась идея ее построения, идея самой этой эпохи. Мастер создал идею нового мира, в котором реальна лишь одна духовная сущность – сатана. Воланд настоящий, подлинный описан Булгаковым (тот самый «скособочено навеки загоревший»). А преобразившийся, великолепный и величественный всадник со свитой, которого мы видим на последних страницах «Мастера и Маргариты»— это Воланд, каким видит его душа Мастера. О болезни этой души уже было сказано .

Другие статьи:

Роль закона в изменении положения китайской женщины в семье
Одна из тенденций современного правового развития КНР - постепенная замена ранее принятых законов новыми редакциями, которые адаптируют законы к изменениям, происходящим в стране, к международным обязательствам и решают возникающие пробле ...

Развитие просвещения и печати
Особое место в системе народного образования в Центральной Азии суждено было знать русско–туземным школам. Грамотность среди народов Центральной Азии даже к концу XIX века было чрезвычайно низко: Для того чтобы найти человека, умеющего п ...

Вечный соблазн
У Парижа множество лиц; история, искусство, развлечения, безумные ночи, уютные бистро, торговцы, интеллектуалы, сверкающие витрины магазинов, длинные бульвары и самые невероятные новинки. В сокровищнице истории этого города, а также среди ...